АПМИ РЕКОМЕНДУЕТ


АПМИ ПРИГЛАШАЕТ

 

Акция ДОБРО ДЕТЯМ 15 ноября!

Анонсы

АПМИ-Партнер Большого Правительства РФ

Фонд Русская Берёза

Фонд Русская Берёза

Российская империя старалась жить по христианским принципам согласно которым ценность человеческой души возводилась на недосягаемую высоту согласно словам Спасителя: «Какая польза человеку если он приобретет весь мир а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою?» (Мф. 16: 26). Вместо этого на смену евангельским заповедям пришло учение о классовой борьбе о трудовых массах. Человеку как личности не было здесь места. Поэтому в погоне за построением «нашего нового мира» человеческая личность стала ничем а жизнь обесценилась.

Само понятие благотворительности было чуждо большевикам объявившим этот термин буржуазным пережитком. Он просто отсутствовал в их глоссарии. Любая форма благотворительности была запрещена. О сущности «благотворительной» деятельности и об отношении к милосердию новой власти лучше всего говорят слова В.И. Ленина: «Суд должен не устранить террор; обещать это было бы обманом или самообманом а обосновать и узаконить его принципиально ясно без фальши и без прикрас. Формулировать надо как можно шире ибо только революционное правосознание и революционная совесть поставят условия применения на деле более или менее широкого».

С таким звериным отношением многие пытались бороться, но все протесты буквально топились в крови. Отделение Церкви от государства лишило ее права голоса. Именно Церковь отныне стала первой мишенью для новой власти. Во всей полноте это проявилось во время компании по изъятию церковных ценностей, формальным поводом для которой послужил голод в Поволжье, охвативший молодую Советскую республи-ку в 1921 – 1922 годах. Его основными причинами стали последовательно про-водившаяся в Гражданскую войну продразверстка, которая к ее концу затрагивала практически все виды продовольственной продукции, а также последствия двух войн: Первой Мировой и Гражданской. Большая часть трудоспособных мужчин была призвана в армию, обрабатывать землю стало некому. В условиях разрухи производительность труда резко упала, а то, удавалось вырастить – безжалостно реквизировалось продармейцами. Недовольных таким грабежом рассстреливали. На подавление крестьянских восстаний революционные деятели не задумываясь бросали регулярную армию.

И вот грянул голод. Казалось бы, следовало мобилизо-вать все государст-венные ресурсы для ликвидации его при-чин и последствий. Ведь к 1921 году Гражданская война практически закончилась. С отдельными разрозненными отрядами вполне могло справиться и ВЧК. Однако вместо оказания конкретной помощи голодающим Советская власть воспользовалась голодом (который перед этим сама же и породила), чтобы совершенно и окончательно прибрать к рукам все церковное имущество, издав Указ о порядке изъятия церковных ценностей. И здесь мы видим, что захватившие власть революционеры, не стеснялись расстреливать безоружных селян, вставших на защиту своих святынь. После событий в Шуе, когда пролилось много крови простых людей, глава Совнаркома В.И. Ленин написал секретное письмо, в котором отмечал: «Именно теперь, когда в голодающих местах едят людей и на дорогах валяются тысячи трупов мы должны провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощад-ной энергией, не останавливаясь перед подавлением какого угодно сопротивления... Чем большее число реакционного духовенства нам удастся по этому поводу расстрелять, тем лучше....». В этом документе позиция Советской власти по отношению к Церкви раскрывалась с предельной откровенностью.

Расстреляно было действительно очень много. Более того, большевики разогнали созданный по инициативе Православной Церкви Всероссийский церковный комитет помощи голодающим. Он оказывал реальную помощь голодающим и, тем самым, мешал большевикам, которые с голодом не столько боролись, сколько использовали в своих целях. Поэтому они его разогнали, создав вместо него свой комитет ПОМГОЛ.

Приведенные выше факты свидетельствуют о том, насколько чужда была благотворительность для деятелей типа В.И. Ленина, Л.Д. Троцкого и иже с ними, особенно в первые послереволюционные годы. Имея первоочередную задачу удержаться у власти посреди бушующего моря народного протеста, они не задумываясь использовали в своих интересах даже голод, от которого по разным оценкам погибло свыше 5 миллионов человек. При этом практически все благотворительные организации были разогнаны. Если каких-то 10 лет назад на 100000 населения приходилось 6 благотворительных организаций, пользовавшихся покровительством на самом верху, то ярко выраженный карательный характер Советской власти проявился, прежде всего, в том, что благотворительность была запрещена. Более того, уже само ее понятие связывалось с наличием классового общества. В условиях же диктатуры пролетариата, т.е. господства одного класса, ей просто не было места, поскольку, как утверждалось, нищета и бедность были уничтожены. Известны неоднократные случаи, когда продовольственная помощь голодающим, поступающая от иностранных государств, возвращалась обратно, поскольку по утверждению Советского правительства, в ней не было нужды. Случаи массового голода всячески замалчивались.

И все-таки отдельные виды благотворительной деятельности (само собой, без употребления этого «буржуазного термина») в Советском Союзе существовали.

Прежде всего, стоит упомянуть о программе Ликбеза. Несмотря на то, что по темпам экономического роста в начале XX века России практически не было равных, уровень образованного населения не превышал 35%, что делало невозможным восстановление народного хозяйства и препятствовало индустриализа-ции страны. Примечательно, что Декрет «О ликвидации безграмотности в РСФСР» был издан в 1919 году, т.е. в самый разгар Гражданской войны. В полную же силу реализация программы Ликбеза началась уже после окончания активных боевых действий. Обучение грамоте было обязательным для лиц в возрасте от 8 до 50 лет. В условиях, когда цвет русской интеллигенции либо погиб в горниле Гражданской войны, либо вынужден был эмигрировать, ощущалась острая нехватка преподавателей. Ввиду этого Народный комиссариат просвещения получил право насильственного привлечения (трудовой мобилизации) педагогов.

В рамках Ликбеза школы по обучению грамоте могли создаваться в любом населенном пункте, начиная с деревни, количество неграмотных в котором превышало 15 человек. Они могли действовать не только по территориальному признаку, но и в рамках различных государственных учреждений, например, коло-ний, детских домов и др. Это было конечно не высшее образование, однако за 4-месячную программу вполне можно было научиться писать, читать и считать. С целью всеобщего охвата населения Ликбезом для работающих граждан на время обучения сокращалась продолжительность рабочего дня. При этом заработная плата им продолжала выплачиваться в полном объеме.

Программа Ликбеза осуществлялась очень активно. Уже в 1939 году количество грамотного населения среди лиц от 8 до 50 лет выросло до 90%, увеличившись по сравнению с данными начала XX века почти в 3 раза.

В 1941 году разразилась Великая Отечественная Война, превзошедшая по своим масштабам все предыдущие бедствия. В первый год, когда половина европейской части страны оказалась под гитлеровской оккупацией, когда в плен сдавались целыми армиями, а быстрое поражение казалось неминуемым, вновь, как и в Смутное время, так и в 1812 году, страна мобилизовала все свои силы. В обращении И.В. Сталина к гражданам СССР в июле 1941 года прозвучали слова «братья и сестры». В них обозначилось грядущее изменение отношений государства и Церкви. «Безбожная» пятилетка, которую планировалось завершить в 1942 году, оказалась свернутой. Православная Церковь вновь «получила доступ» к душам своей паствы. Униженная, ограб-ленная, обескровленная (в 1939-м году на всей территории РСФСР действовало только 100 приходов, а почти все епископы и клирики были уничтожены.) Церковь зажигала в сердцах людей веру в грядущую победу, не жалея для этого ничего.


На собранные пожертвования удалось построить танковую колонну с названием «Дмитрий Донской» и авиационную эскадрилью «Александр Невский». Они были переданы в войска и приняли активное участие в боях 1944 года. Кроме того, в церквях широко практиковался сбор средств на помощь раненым в госпиталях и призрение сирот. Всего же за годы войны общая сумма приходских пожертвований перевалила за 200000000 рублей. И уже никто из партийных деятелей не смел протестовать против такой благотворительности, видя изменение генеральной линии партии в лице бывшего семинариста, а ныне председателя Совнаркома, И.В. Сталина. Таким образом, в годы Великой Отечественной Войны, мы видим возрождение церковной благотворительности, на которой после 1917 года, казалось, навсегда был поставлен крест.

Война превратила половину нашей страны в руины. Совокупные потери Советского Союза превышали потери всех остальных воевавших сторон вместе взятых. Чтобы не допустить повторения голода в Поволжье, чего воюющая страна уже могла и не вынести, в 1942 году Советское правительство предпринимает шаги, направленные на облегчение положения с продовольствием. Согласно Постановлению Совнаркома, изданного в ноябре 1942 года, предприятия и учреждения получали землю, которую в дальнейшем передавали рабочим и служащим в виде наделов сроком до 7 лет. Вся выращенная на этих участках сельскохо-зяйственная продукция не облагалась налогом. Это позволило избежать массо-вого голода и новых продразверсток.

Характерно, что и здесь мы не находим даже упоминания о благотворительной деятельности, хотя вне благотворительного контекста данное Постановление рассматривать просто невозможно. В целом же следует отметить, что карательный характер Советской власти, апогей которого пришелся на период Гражданской войны, раскулачивания и респрессий 1937-1938 гг, в послевоенные годы начал постепенно смягчаться. Развязанная большевиками война против собственного народа с каждым годом все больше сходила на нет, а власть начала поворачиваться лицом к народу-победителю. Показатели промышленности СССР уже в 1946 году вышли на довоенный уровень. Уровень благосостояния советских граждан постепенно стал возрастать.

После окончания войны наша страна шаг за шагом возвращалась к мирной жизни. Тотальная мобилизация общества, охватывавшая практически все сферы жизни, начала сбавлять свои обороты. Пожертвования времен Великой Отечественной войны, когда люди отдавали все ради долгожданной победы, отошли в прошлое. Но не следует полагать, что благотворитель-ность после 1945 года исчезла. Скорее она вошла в плохо видимое для простого советского обывателя русло.

Начнем с того, что действовали разные благотворительные (без упоминания этого названия) фонды, среди которых возвышался знаменитый Советский Фонд Мира. Даже пионеры «последнего призыва» конца восьмидесятых годов прошлого века застали еще время, когда в школах учителя собирали по 1 рублю с человека. Куда шли эти средства? Точного ответа на этот вопрос мы не знаем до сих пор. Поддержка стран социалистического лагеря (как сугубо благотворительная, так и военная), помощь голодающим в африканских странах и так далее. Можно без преувеличения сказать, что в период «застоя» СССР кормил чуть ли не полмира.

Помимо Фонда Мира существовал целый ряд менее официозных, но не менее деятельных благотворительных организаций. Когда Россия пришла в себя и «очнулась» от революционного угара, то вскрылись массовые факты зверского отношения к отечественной культуре и памятникам старины. С целью не столько восстановить, сколько хотя бы не потерять оставшееся, в 1965 году было организовано Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК). Среди его отцов-основателей было немало выдающихся людей, которые смогли передать свой энтузиазм, свою энергию многочис-ленным последователям. Вскоре ВООПИиК стало, пожалуй, одной из самых крупных организаций Советского Союза. В конце семидесятых годов она насчитывала в своих рядах свыше 10 миллионов человек. Действуя на благотворительных началах, они смогли за непродолжительный промежуток времени отреставрировать свыше 3000 памятников архитектуры, среди которых было немало и церквей. Государство, которое начиная с 1917 года, занимало непримиримую атеистическую позицию, старалось, если и не помогать ВООПИиК, то, по-крайней мере, не мешать его деятельности.

Сложно сказать, можем ли мы отнести к благотворительной форме деятельности такие явления, как субботники, сбор макулатуры, металлолома, помощь пионеров пожилым людям. Скорее, все перечисленное можно отнести к общественно-полезному труду, через который государство старалось воспитывать своих граждан, и прививать им любовь к родине. Широко практиковалась и бесплатная работа на предприятиях и фабриках, когда рабочих и служащих поголовно принуждали писать заявления типа: «Прошу перечислить мою дневную заработную плату на счет…..» - адресов-получателей могло быть много. Среди них могли быть и подшефные детские дома, и больницы, и детские сады. Да мало ли было тех, кто нуждался в помощи, но был стеснен в государственном финансировании, львиную долю которого поглощал чрезмерно раздутый ВПК?!

Удивительно, но стараниями президента Белоруссии Александра Лукашенко в братской нам стране до сих пор сохранилась практика «добровольного» перечисления работниками своей дневной зарплаты на общественно полезные цели. Именно за счет этих средств частично было профинансировано строительство национальной библиотеки в Минске. Как рассказывали мои белорусские знакомые, отказаться от такого пожертвования было невозможно, если ты не хотел оказаться выброшенным на улицу без особых переспектив на дальнейшее трудоустройство.

В заключении рассказа о благотворительной деятельности в Советском Союзе, нельзя не упомянуть о таком удивительном человеке, как Асгат Галимзянов. Уроженец Татарстана, он был простым извозчиком, работавшим на колхозном рынке в Казани. Имея официальную зарплату около 100 рублей, Асгат начал активно заниматься благотвори-тельностью, чем сильно озадачил местные органы власти. Никто не мог понять, откуда простой с виду советский гражданин брал столь большие суммы на пожертвования в детские дома, больницы. Не мог же он их печатать! К расследованию быстро подключилось ОБХСС и санэпиднадзор. Но даже органы не смогли найти ничего криминального. Оказалось, что в свободное от работы время Асгат Галимзянов занимался животноводством, продукцию которого сдавал на колхозный рынок.

Нельзя сказать, что эта деятельность была преступной, но с учетом полного отсутствия корыстных мотивов она настолько выходила за рамки понимания, что вызывала серьезную озабоченность у местных властей. Кто знает, чего можно ожидать в будущем от такого чудака? Поэтому кипучую благотворительную деятельность попытались ограничить административны-ми методами: потребовали снести загон для скота, запретили содержать большое количество скота. Все было тщетно! Со временем масштабы благотворительности Асгата Галимзянова только увеличивались. Одна только ферма для откорма коров вмещала в себя до 300 голов скота. Все вырученные средства направлялись как в Фонд Мира, так и конкретным пострадавшим. Помощь получали и ликвидаторы Чернобыльской аварии, и пострадавшие от землетрясения в Армении.

Перестройка и последующий развал страны в начале девяностых годов прошлого века отвлекли внимание власть предержащих на решение более насущных проблем, чем борьба с человеком, посвятившим всю свою жизнь благотворительности во время, когда последняя находилась еще в загоне. А после нескольких публикаций в печатных изданиях имя Асгата Галимзянова узнала вся страна. В настоящее время он стал почетным членом нескольких благотворительных фондов, его опыт активно исследуется и перенимается. Рассказом об этом выдающем-ся человеке мы закончим повествование о благотворительности в советский период истории. Какие же выводы мы можем сделать?

В дореволюционный период система благотворительности в России переживала свой расцвет. Но уже спустя первые несколько лет существования Советской власти ее четко работающий механизм был практически полностью уничтожен. Сама благотворительность была объявлена классово чуждой, любые ее формы были запрещены. Более того, стараясь любыми способами удержаться у власти, большевики даже дошли до такого кощунства, что использовали искусственно вызванный многочисленными продразверстками голод в Поволжье в целях конфискации церковного имущества. Вот почему в довоенный период о благотворительности в СССР говорить не приходится. Единственное, стоит упомянуть о программе Ликбеза. Но без ее осуществления была бы невозможна индустриализация страны, и построение нового общества. Поэтому Ликбез осуществлялся не в рамках благотворительности, а способствовал реализации задач новой власти.

Великая Отечественная война заставила объединиться расколотую революцией и истерзанную сталинскими репрессиями страну. В это время мы видим возрождение церковной благотворительности, да и вообще наблюдаем сближение государства и Церкви. Меры государства в плане частного землевладения также имели благотворительный характер, поскольку в тяжелое военное время способствовали улучшению продовольственной ситуации.

В послевоенное время молох сталинских репрессий постепенно сходит на нет. Страна активно строится и восстанавливается. Хрущевская оттепель и либерализация режима приводит к созданию целого ряда крупных благотворительных организаций, крупнейшими из которых были Фонд Мира, Всероссийское общество охраны памят-ников истории и культуры, а также менее значимые благотворительные фонды. Многие организации и предприятия поддерживали конкретные детские дома, больницы, беря над ними шефство. В целом же можно сказать, что уровень социальной защиты граждан в Советском Союзе был достаточно высок, давая фору по тому же показателю даже некоторым капиталистическим странам. Доступность медицинской помощи, бесплатное высшее образование – вот лишь немногое из того, о чем сейчас принято забывать, обрушиваясь с критикой на «проклятое» советское прошлое.

Но не будем выплескивать воду вместе с ребенком. Ведь действительно было много хорошего! Главное же – простые люди чувствовали себя в то время гораздо более защищенными, чем сейчас, когда ребенка и на улицу одного выпустить страшно. За преступления строго наказывали. О наркомании большинство впервые услышало после просмотра кинофильма «Игла» с участием Виктора Цоя. Убийц приговаривали к смертной казни. А сейчас несоразмерность преступлений и наказаний приводит к ощущению вседозволенности, чем и пользуются преступники. Все это чревато серьезными проблемами в будущем.

Многое делалось в Советском Союзе и для защиты института семьи. Смешно сказать, но атеистическое по сути государство встало на защиту христианских запове-дей. Все телевизионные пере-дачи проходили строгую цензуру на предмет соответст-вия нравственности. Сейчас в это даже слабо верится – настолько нас «приучили» к потокам насилия и порнографии, изливающимися из телевизора. Даже личная жизнь граждан в Советском Союзе - и та, в хорошем смысле этого слова, находилась под контролем. На нерадивых еще со школы начинали воздействовать пионерская, комсомольская организации, а потом и парткомы с профкомами. Если один из членов семьи начинал вести безнравственный образ жизни, то неприятности на работе ему были обеспечены. Выражение: «Семья – маленькая часть общества» - было в советское время не пустым звуком. Поэтому и уровень разводов был гораздо меньше, чем сейчас.

Безработицы практически не было. Чтобы за один день потерять работу, надо было очень постараться. Профкомы стояли стеной за каждого сотрудника. А в современное время – это вполне сложившаяся практика. Все предоставлены сами себе. Делай что хочешь, иди куда хочешь. Государству до тебя нет никакого дела. От этого у привыкших к советским устоям людей старой закалки складывается сейчас ощущение собственной ненужности.

Кроме того, в те годы велась активная пропаганда спорта. Функциони-ровавшая, как швейцарские часы, система ДОСААФ, способствовала тому, что у нас вырастали здоровые дети, здоровые не только телом, но и духом. Увы, в современной России только в последние годы начала активно вестись пропаганда здорового образа жизни. Да и то, после отрезвляющих данных переписи населения, когда стало понятно, что отступать уже некуда.

Итак, как мы видим, к концу восьмидесятых годов, советское общество отличалось высоким уровнем социальной защиты. Несмотря на «политическую неблагонадежность» самого термина благотворительности, велась активная социальная работа среди населения. Простой советский гражданин был вполне уверен в завтрашнем дне. Бесплатная медицина, доступность образования, низкий уровень преступности, практически полное отсутствие безработицы, стабильность экономической системы – все это позволяло смело смотреть в будущее. Но тут грянул распад Советского Союза, крупнейшая геополитическая катастрофа, как это признал председатель Российского правительства, Владимир Владимирович Путин. И, как любое потрясение подобного масштаба, она сопровождалась крушением всей социальной системы защиты.


Куликова Юлия,
Директор Благотворительного фонда помощи детям «Вселенная Добра» www.vdobra.ru
Руководитель Общероссийского общественного культурного проекта АПМИ www.upme-rf.ru

© 2011, Юлия Куликова
Перепечатка или иное полное или частичное воспроизведение материала разрешается только при наличии письменного разрешения автора.

 

истории к возрождению

Смотреть видео >>

© 2011-2012 КУЛИКОВА Юлия Павловна .

Копирование материалов без согласования с руководством АПМИ запрещеноwww.copyright.ru

© 2012 Все права защищены

Подготовлено:
Дизайн-Студия Сергея Неверова