АПМИ РЕКОМЕНДУЕТ


АПМИ ПРИГЛАШАЕТ

 

Акция ДОБРО ДЕТЯМ 15 ноября!

Анонсы

АПМИ-Партнер Большого Правительства РФ

Фонд Русская Берёза

Фонд Русская Берёза

 

Династия купцов Перловых

История российской благотворительности и меценатства полна примеров для подражания. Ее расцвет пришелся на конец XIX – начало XX века. И купцы были в нем основной движущей силой. Имена Саввы Морозова, Павла Третьякова, Саввы Мамонтова гремят и сейчас, а их труды даже спустя столетия не могут не вызывать восхищения. Среди выдающихся личностей дореволюционного меценатства династия купцов Перловых стоит несколько особняком. Ее представителей, скорее, можно отнести к «местночтимым» благотворителям, поскольку их деятельность известна немногим. Но в чем она заключалась? Каковы ее реальные масштабы и обстоятельства? В чем причина их относительной небольшой известности? Попробуем в этом разобраться и расскажем о купеческой династии Перловых подробнее.

Живший в XIX веке известный русский драматург, Александр Николаевич Островский, неоднократно высмеивал русских купцов. Апогеем его безжалостной критики, безусловно является пьеса «Гроза» и собирательный образ купцов-самодуров в виде Дикого и Кабанихи. Они являются представителями старшего поколения, свято соблюдая все предписания Домостроя[1]. По праву старшинства требуют беспрекословного послушания. Будучи лицемерами, они прикрываются словами любви, а на самом деле все их дела направлены на извлечение прибыли. Жестокость поступков, дикость нравов ощущают в полной мере не только работники, но и близкие.

Отрицательные стороны Дикого и Кабанихи были описаны гением русской литературы во всех подробностях и так красочно, что могут привести в отчаяние каждого, кто хоть немного любит историю отечества, в которой таким аморальным персонажам просто не место. Но вот незадача! Как связать «Грозу», которая, по сути, является приговором моральному облику российского купечества, с невиданным по масштабу дореволюционным подъемом России. Между прочим, первую скрипку в нем играли именно «подлые» (по мнению А.Н. Островского[2]) купцы. Одновременно с этим поразительный всплеск творчества произошел и в культуре. Такое уникальное явление, как Серебряный век, запомнилось современникам небывалым в Российской истории расцветом литературы, музыки, театра, литературы, изобразительного искусства – всех ее сфер. Безусловно, его было бы невозможно себе представить без поддержки отечественных благотворителей и меценатов. Они осуществляли свою деятельность поистине в государственных масштабах. Порой, их пожертвования приводили к формированию новых отраслей хозяйства.

Нет, все это решительно не сочетается с олицетворением русского купечества, как «темного царства», ибо по словам Спасителя: «Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые» (Мф.7: 18). Так и здесь, помощь сиротам и обездоленным, забота о немощных, строительство бесплатных столовых, возведение церквей и покровительство монастырям не могла осуществляться корыстолюбцами, думающими лишь о том, как бы вернее набить свой карман. История купеческой династии Перловых служит для нас наглядным тому подтверждением.

Первые упоминания о ней относятся к началу XVIII века. Именно в это время молодой купец Иван, сын Михайлов, из рода Перловых, решил записаться в купеческую гильдию. О жизни основателя династии известно не так много. Он был прихожанином святителя Алексия, митрополита Московского, расположенной в районе Рогожской слободы. Исходя из ее местоположения, мы можем сделать вывод о том, что у него наверняка имелись знакомые из купцов-старообрядцев, поскольку после церковного раскола в XVII веке, она стала одним из оплотов старообрядчества. Сама слобода издревле заселялась купцами и ямским сословием. Ее обитатели жили достаточно замкнуто, выработав свой быт. Их нравы и обычаи не вписывались в привычные московские рамки. Поэтому человеку со стороны было практически невозможно сюда проникнуть.

Потомки купцов Перловых считали себя православными, получив известность благодаря поддержке Шамординской обители, но связи со старообрядческим купечеством нас не должны удивлять. Дело в том, что именно из этой среды впоследствии произойдут виднейшие купеческие фамилии, а самые известные меценаты России будут иметь старообрядческие корни.

Петр I, известный своим утилитарным подходом к устройству государственной жизни, меньше всего интересовался церковными спорами. Ум человека, его способности, реальные дела на пользу государства – вот что, прежде всего, интересовало Российского императора. Вот почему в его царствование талантливые люди получили реальную возможность пробиться наверх, невзирая на свое происхождение. И одним из таких стал молодой московский купец, Иван Перлов.

История династии неразрывно связана с торговлей чаем. Впервые через китайских купцов он попал на Русь в XIII веке. Наверняка многие наши соотечественники пробовали чай во время поездок в Орду, но в исторических анналах эти факты остались неотраженными. И только в XVII веке, когда молодое Московское Царство стремительно осуществляло свою экспансию на Восток, знакомство с чаем переросло в дружбу. В 1616 году атаман Василий Тюменец вместе с десятником Иваном Петровым оказались в ставке монгольского Алтын-хана, которому предложили перейти в русское подданство. Он дружелюбно встретил посланников, и среди прочих даров передал в дар царю несколько свертков с китайским чаем.

Однако столь ценный дар остался незамеченным. Тем не менее, контакты Руси и Китая со временем только ширились. В 1618 году по поручению Тобольского воеводы Куракина в Пекин отправляется русское посольство под руководством Ивана Петлина. Несмотря на то, что с китайским императором встретиться не удалось (из-за банального отсутствия даров, или, как выражались в то время, поминок), русским обрадовались и приглашали налаживать торговлю.

Первое (серьезное) упоминание о чае приходится на 1638 год. На обратном пути из Пекина один из монгольских князей буквально навязал чай русскому посольству, вытребовав за это драгоценный соболиный мех. Возглавлявший его, Василий Старков, противился было столь неравноценному, по его мнению, обмену, но было уже поздно. Так несколько пудов чая оказались в Москве. Попробовать необычный напиток Михаил Федорович позвал и своих бояр. Всем, кто присутствовал за царской трапезой, диковинный напиток очень понравился.

Нельзя сказать, что чаепитие сразу же вошло в моду. Более того, в первое время его мог позволить себе далеко не каждый. Не стоит забывать, что Москву и Пекин разделяли гигантское по меркам того времени расстояние, на преодоление которого уходило до 16 месяцев. К тому же, торговые наценки по русской поговорке «За морем телушка – полушка, да рубль перевоз» делали хороший чай товаром штучным. В той же Европе чай стоил в 10 раз меньше, и поэтому на какое-то время интерес к нему поубавился.

Лишь после того, как придворный врач Самуил Коллинз при помощи чая исцелил «тишайшего» Алексея Михайловича от недуга, он, наконец-таки, стал неотъемлемой составной любой русской трапезы. В 1679 году между Московским Царством и Империей Цин было заключено торговое соглашение, благодаря которому поставки чая выросли в несколько раз. Уже 10 лет спустя, в 1689 году в Первопрестольную прибыл огромный караван с «пользительной травой» из Китая, состоявший ни много ни мало из 300 нагруженных тюками верблюдов. Это привело к падению его стоимости, но одновременно возрос и спрос. Вот почему чайные караваны из Китая с тех пор стали привычными. Год от года торговые связи с Китаем все крепли. Согласно Кяхтинскому трактату от 1727 г. русские купцы получили право каждые три года отправлять в Пекин торговые караваны. При этом, основанная в это же время, Кяхта, неприметный в наши дни городишко на территории современной Бурятии, стал центром российско-китайской торговли.

Здесь прибывшие тюки с чаем распаковывали, добавляли рододендрон (а иногда и шиповник), перемешивали, промывали рисовой водой и прессовали, придавая ему форму кирпичей или плиток. За это он получал свое название: кирпичный и плиточный.

Торговля чаем была крайне выгодной. Государству Российскому она приносила прибыль в виде таможенных платежей, размер которых год от года только увеличивался вследствие все возрастающего спроса. Так, если в 1760 году незаметная на карте Кяхта дала 20% от всех собранных в стране таможенных платежей, то уже спустя 15 лет эта сумма увеличилась практически в 2 раза! Не оставались в накладе и торговцы, быстро осознавшие колоссальную выгоду торговли чаем.

И государство и купцы делали многое для популяризации этой диковинки. Следует отметить, что на первых порах чаю пришлось выдержать серьезную конкуренцию. Самым распространенным напитком на Руси в то время был квас, которого могли выпивать до 5 литров в день. Не уступал ему в популярности и сбитень. К тому же, и тот и другой были на порядок более доступны, нежели чай. Например, в середине XVIII века 400 грамм чая могли стоить 15 рублей, что было эквивалентно 50 кг черной икры. Согласитесь, это сложно представить в наше время. Вот почему, несмотря на постоянно увеличивающийся товарообмен с Китаем, долгое время чай оставался напитком высших кругов.

В то же время государство всячески способствовало его распространению. К тому же в чаепитии видели один из способов борьбы с грехом пьянства, который уже тогда превратился в подлинный бич российского общества. Известный любитель прививать иноземные привычки, император Петр I, приказал основать в Москве аустерии (прообраз будущих кафе), посетителей которых бесплатно угощали чаем с кренделями, но при условии, что они… могли читать первую русскую газету «Ведомости».

Время шло, и усилия государства не пропали даром. К сожалению, нам доподлинно неизвестно, где торговал чаем Иван Михайлович. Однако уже его сын, Алексей Иванович, в 1787 году открыл чайную лавочку в торговых рядах на Красной площади в Москве. С этого началась популяризация чая. В это время толком с ним никто обращаться не умел, сорта постоянно путали между собой. Да и сам чай продавался в основном оптовыми партиями в цибиках (упаковка в несколько пудов весом), либо в аптеках, как лекарственное средство. В этих условиях купец Алексей Перлов решился на достаточно рискованный шаг, начав торговать чаем в розницу. Для начала он постарался отказаться от услуг посредников. С этой целью им была открыта контора в Кяхте, через которую он напрямую, минуя посредников, стал закупать чайный лист у китайских караванщиков. Торговые дела Перловых резко пошли в гору, караваны с чаем пошли в Москву один за другим. Благодаря возросшим объемам поставки чая и ликвидации торговой наценки перекупщиков, цены в его лавках стали вполне доступными для простых обывателей. Москвичи распробовали чай и, спустя некоторое время, от посетителей не было уже отбоя.

Следует отметить, что решение закупать чай в Китае было принято не сразу. Дело в том, что сухопутная дорога из Пекина в Москву была сопряжена с большими трудностями. Отсутствие хороших дорог, проблема с транспортом, неблагоприятные климатические условия – вот лишь некоторые из причин, сказывавшихся в конечном итоге на завышенной цене чая, доставлявшегося в Москву сухопутным путем. Поэтому изначально Перловы закупали чай в Англии. Дела шли довольно успешно, и только разразившиеся в конце XVIII века Наполеоновские войны и последовавшая за ними континентальная блокада, заставили купцов обратить свой взор на Восток. И, как оказалось, весьма удачно.

Видя успешный ход дел Алексея Ивановича, в 1807 году специальным постановлением Сената ему было разрешено подписываться фамилией Перлов, которая до этого была его фамильным прозвищем. Сейчас нам сложно судить, откуда оно произошло. Вероятнее всего их далекие потомки занимались промыслом речного жемчуга («перл» - жемчужина), в изобилии встречавшегося в то время в русле кристально чистой Яузы.


[1] Домострой был написан в середине XVI века сподвижником Ивана Грозного, протопопом Сильвестром, и представлял собой сборник правил и наставлений по всем сферам жизни русского человека, всем сторонам его деятельности, включая семейные отношения, ведение хозяйства, отношение к Богу и православной вере. Домострой стал олицетворением патриархальных устоев жизни русского человека. Именно этого впоследствии и сделало его излюбленной мишенью критики.

[2] По-видимому, в формировании отрицательного образа купечества в творчестве А.Н. Островского ведущую роль сыграло то, что до последних дней своей жизни он испытывал существенные денежные затруднения.

Куликова Юлия,
Директор Общероссийского общественного культурного проекта АПМИ www.upmerf.ru
Руководитель Всероссийской Программы «Меценаты России» www.культурныйфонд.рф
© 2012, Юлия Куликова (АПМИ)
Перепечатка или иное полное или частичное воспроизведение материала разрешается только при наличии письменного разрешения автора.

истории к возрождению

Смотреть видео >>

© 2011-2012 КУЛИКОВА Юлия Павловна .

Копирование материалов без согласования с руководством АПМИ запрещеноwww.copyright.ru

© 2012 Все права защищены

Подготовлено:
Дизайн-Студия Сергея Неверова